«Бескрайние просторы, деревни, города, на всех одна команда - Россия навсегда!»

Интервью с Егором Сорокиным

ГЛАВНАЯ » НОВОСТИ » Интервью с Егором Сорокиным
Егор Сорокин
24.08.19
Интервью с Егором Сорокиным

Защитник казанского «Рубина» и сборной России Егор Сорокин ответил на вопросы журналистов.

— В следующем туре в воскресенье 25 августа вам предстоит встретиться с «Ростовом», который так же, как и «Рубин», кардинально поменял концепцию игры. Чего ждете от этой встречи?
— Уверен, будет очень хороший футбол. «Ростов» — боевая команда, в которой играют очень качественные футболисты. Взять хотя бы Романа Еременко, Элдора Шомуродова. Но мы сделаем всё, чтобы сыграть в защите на ноль, забить и увезти оттуда три очка.

— Как изменились обязанности защитников по сравнению с командой Курбана Бердыева? Кажется, у Шаронова вам сложнее обороняться — больше нет «автобуса».
— Труднее не стало. Просто появились другие обязанности. Нужно чаще играть в один в один, начинать атаки. В прошлом сезоне мяч с нашей половины поля на чужую обычно доставляли игроки других амплуа. Роман Шаронов просит, чтобы первый пас шел от защитников. Мне очень комфортно играть в таком «Рубине». Когда команда старается играть вперед, прессинговать, не стоит постоянно в обороне. В общем, играет в футбол. Это же круто, когда ты постоянно находишься в процессе. В прошлом сезоне при тактике в пять защитников я реже участвовал в моментах матча. Сейчас же постоянно работаешь по сопернику, при обороне борешься за мяч, участвуешь в единоборствах, играешь на опережение. Не нужно долго ждать, пока противник дойдет до твоей штрафной. Для меня это плюс. Так что лично для себя не вижу больших проблем в том, что мы стали играть в более открытый футбол.

— Команда быстро восприняла идеи Романа Шаронова?
— В целом да. Мы стараемся играть в футбол. После каждой игры Роман Сергеевич говорит, что мы на правильном пути. Значит, воспринимаем его требования достаточно быстро. Сейчас «Рубин» не ставит каких-то грандиозных задач из-за всем известных событий. Но мы хотим побеждать, хотим быть наверху. Уверен, у нас все будет хорошо.

— Шаронов действительно здорово мотивирует своих игроков?
— То, что люди видят в видеороликах, — не постановка. Тренер действительно передает свои эмоции, чувства неповторимым образом. В этих роликах он настоящий. И у него действительно хорошо получается нас мотивировать. Его слова и мысли доходят до футболистов.

— Правда, что тренер не запрещает пиво?
— Не слышал, чтобы он так говорил. Но если так — хорошо!

— В такой молодой команде вы уже старожил в свои 23 года?
— Достаточно много времени провел в «Рубине», чтобы можно было об этом говорить. Но старичком себя не считаю.

— Как относитесь к тому, что вас называют грузинской командой?
— Спокойно. Раньше говорили, что мы ставим автобус, сейчас — что мы грузинская команда. Какая разница, кто что говорит. Надо думать о футболе.

— Вы говорите, что начали играть в атакующий футбол. Но вот уже пять игр подряд команда завершает со счетом 1:0 или 0:1…
— Сейчас все научились хорошо обороняться. Плюс мы встречались с соперниками очень высокого уровня. Если мы заявляем, что хотим играть в атакующий футбол, это не значит, что мы будем всех обыгрывать со счетом 5:0 или 5:4. Стараемся больше забивать. Да, и лично я против, чтобы мы много пропускали.

— У вас был довольно тернистый путь наверх. Ведь даже в детстве вы не всегда попадали в основу.
— Все верно. Из-за этого пришлось менять академии. Сначала занимался в петербургской «Смене», но ушел, так как тренер на меня не рассчитывал. Спокойно воспринимал эту ситуацию. Родители посоветовали перейти в другую школу, я согласился. Тогда еще не думал, что буду профессиональным футболистом, хотя стремился к этому.

— В итоге попали в любительский клуб «Руан» вместо того, чтобы отправиться в какую-нибудь молодежную команду или дубль.
— Да. Мы играли в турнире КФК. По сути, это любительский уровень. Понятно, что я был не очень доволен таким положением дел, но надо было куда-то идти. Мыслей, что у меня не получится, не было. В команде были собраны ребята, которые раньше играли во второй лиге, на полупрофессиональном уровне. Несколько пацанов моего возраста. Так что нельзя нас было считать совсем любителями со двора. Даже платили какие-то деньги. По-моему, 1000 рублей за победу. Мне надо было просто перекантоваться где-то, пока не пойму, куда двигаться дальше.

— Затем «Руан» преобразовался в «Тосно», и там вы сели в глубокий запас.
— Можно и так сказать. Тогда команда создавалась для решения больших задач, под которые приглашались опытные футболисты, способные дать результат здесь и сейчас. Полгода там пробыл и не сыграл ни одного матча.

— Как появился вариант с «Амкаром»?
— Агент посоветовал меня руководителям клуба. Помог попасть на просмотр. Прошел вместе с командой сбор, но контракт мне не предлагали. Потом на втором сборе мы играли товарняк против «Рубина», в котором меня присмотрел Юрий Уткульбаев. Предложил перейти в дубль «Рубина». Как только в «Амкаре» узнали, что могу уйти, сразу начали уговаривать остаться. Но, честно, особо долго не думал, сразу принял предложение казанцев. Первый контракт подписал на 50 000 рублей. Давайте дальше не будем называть суммы.

— Сколько раз с тех пор переподписывали контракт?
— Три.

— Еще совсем недавно у вас были командировки в казахстанский «Актобе» и «Нефтехимик». Помогли в вашем развитии?
— Конечно! Ведь я играл там на постоянной основе.

— Вы приехали в Казахстан совсем молодым. Многое, наверное, было в диковину?
— Уверен, все, кто был в Казахстане, рассказывали про жертвоприношение барана. Также был поражен, когда увидел это впервые. Перед сезоном это обязательный ритуал. Собирают всю команду, которая располагается вокруг штрафной площади. Приходит мулла, читает молитву, специально обученные люди приводят барана. Животное, видимо, понимает, что смерть неминуема, начинает брыкаться. В итоге барана начинают резать, а под него ставят миску, куда стекает кровь. Потом местные старожилы подходят, макают пальцы в миску и намазывают кровью больные места. Голеностопы, колени. Выглядело очень необычно. Мне кажется, я это время просто стоял неподвижно и смотрел, как все происходит.

В середине сезона у нас был период, когда мы проиграли несколько игр подряд. Руководство клуба снова решило на фарт совершить жертвоприношение барана. Не помню точно, но вроде помогло.

— Еще что-нибудь?
— Меня поразили с хорошей точки зрения болельщики. Актобе — футбольный город. В нем живут очень преданные фанаты. Мы как-то на выезде играли дерби с «Тоболом». Победили со счетом 2:1. Сразу после встречи надо было улетать домой, в итоге прилетели с выезда мы довольно поздно. Несмотря на это, нас встречала в аэропорту толпа болельщиков. Был забит почти весь терминал, а он немаленький. Считайте, что «Зенит» в Москве обыграет «Спартак» в регулярном матче сезона, а в Питере его после этого встречают фанаты. Было очень круто.

С другой стороны, если команда терпит неудачи, то болельщики на это очень жестко реагируют. Люди могут протестовать, устраивать митинги. Мне рассказывали, что в чемпионский год «Актобе» тренировал Владимир Газзаев. Команда проиграла какой-то матч Лиги Европы, после чего фанаты передали послание Владимиру Валериевичу, мол, можете домой не возвращаться, а то плохо будет. Он сразу уволился.

И еще один случай вспоминаю. Мы прилетели на выезд в Атырау. Идет предматчевая тренировка. Все работают в полную силу, сосредоточены. И вдруг видим, как через все поле, прямо мимо нас идет человек, никого не стесняясь. Оказывается, ему через стадион идти ближе до дома, он без каких-либо сопротивлений проложил себе на газоне тропинку. Было забавно, а наш тренер очень злился.

— Вы вернулись из аренды в «Нефтехимике» и практически сразу стали героем «Рубина» и игроком сборной России. Понимаете, в чем причина такого резкого скачка?
— Не вижу в этом ничего сверхъестественного. Трудился ради этого момента. Старался, прогрессировал, набирался опыта. До прошлого сезона мне особо не доверяли, чтобы я мог показать все свои возможности. Может быть, мне немного повезло, но везет тому, кто везет. С каждым годом становился сильнее, тренировался. Не скажу, что был слабее, когда играл за «Актобе» и «Нефтехимик», но, возможно, чего-то и не хватало.

— Был ли какой-то предметный разговор с Курбаном Бердыевым?
— Чтобы он подозвал и сказал: «Ну все, Егор, ты готов! Теперь играешь в основе». Вы верите, что такое вообще могло произойти? Я был в обойме, ждал своего шанса. Понимал, что попаду в основу только в случае травмы или перебора карточек у кого-то из защитников. Перед встречей с хабаровчанами этот момент возник — не хватало игроков обороны. У тренера было два варианта: либо ставить меня, либо переводить на позицию центрального непрофильного игрока. Видимо, Курбан Бекиевич видел, как тренируюсь, начинаю соответствовать требованиям. Мне дали шанс, я им воспользовался. Но после этого все равно еще оставался игроком ротации. Пришлось опять тренироваться, не жалея ног своих. Уважал мнение тренера вне зависимости от ситуации.

На тренировках Курбан Бекиевич, конечно, подсказывал. Объяснял, как надо действовать в той или иной ситуации. Говорил какие-то напутственные слова. Но вы же знаете, что Бердыев — человек немногословный. Он один раз говорит, а дальше делает выводы. Либо ты понял, либо садись на лавку.

— Боялись его?
— Конечно, нет! Не считаю, что футболист должен бояться тренера. Уважение и порядочность в отношениях — залог успеха.

— Помните, когда видели Бердыева улыбающимся?
— Когда вышел на замену против «Спартака» и спустя какое-то время забил гол, обалдел от эмоций Курбана Бекиевича. Было очень приятно, что он бурно праздновал мой гол. Побежал такой радостный, кричал: «Да!» Вывести Бердыева на положительные эмоции — дорогого стоит. Также помню на праздновании 60-летия клуба тренер выступал с речью. Он уже был в команде около полугода или год. Поймал себя на мысли, что именно на праздновании впервые увидел, как Бердыев улыбается.

— Можете назвать Бердыева главным учителем?
— У меня было много тренеров в карьере, каждому благодарен. Каждый давал мне что-то новое. Причем надо тут говорить не только о главном тренере, но и о его помощниках. Сейчас Роман Шаронов вместе с коллегами вкладывает в меня свои знания.

— Что же такого сделал Бердыев, что вы так выстрелили?
— Дал мне игровое время, шанс проявить себя.

— Прошлый сезон — сказка?
— Спокойно все воспринял. Голова точно не закружилась от успеха. А то, что, стал лучшим бомбардиром… Так сложились обстоятельства. Хотя, конечно, сезон-2018/19 можно назвать прорывным. Наслаждался и получал удовольствие от каждого дня, каждой тренировки. Если вы намекаете на звездную болезнь, то у меня ее не было. Да и ажиотажа вокруг моей персоны было не так много.

— С главным тренером сборной России Станиславом Черчесовым общались один на один?
— Он вызвал к себе перед первым для меня сбором. Познакомились. Он обозначил требования. Сказал, чтобы осваивался, спокойно тренировался, все в моих ногах. Тогда сборная играла в четыре защитника, а «Рубин» — в пять, пришлось немного перестраиваться. Но все вроде прошло хорошо. После долгих разговоров не было.

— Ваши родители, как и вы, коренные петербуржцы. Как они отреагировали на ваши голы в ворота «Зенита»?
— Они были на стадионе. После матча были счастливы. Они не такие ярые фанаты «Зенита», болеют только за меня. Хотя в детстве с папой ходили на «Петровский».

— Вы говорили, что зимой у вас не было агента, и вы сами решали, переходить в «Зенит» или нет. С кем советовались?
— С папой и мамой. Они поддерживали, но всегда добавляли, что решение принимать мне, так как я лучше владею ситуацией. Размышлял, что, с одной стороны, это был бы шаг вперед, с другой, хотелось провести весь сезон в «Рубине». Не хотел, чтобы карьера в Казани была вспышкой. Мол, посверкал полгода и сразу ушел в «Зенит». Это было бы неправильно. Сейчас уже провел целый сезон на неплохом уровне. Доказал, что могу держать его на протяжении долгого времени. Это важно для молодого футболиста.

— Думали о перспективах в сборной, когда отказывали питерцам?
— Нет. Это абсолютно не связанные вещи. Если ты стабильно показываешь хороший уровень, то будешь интересен сборной в любом клубе.

— Зимой вы наверняка догадывались, что Бердыева не будет в команде. И все равно остались.
— Слухи ходили. Не обращал на них внимания. В футболе смена тренера — нормальная ситуация. Никогда не просчитываю это. Надо принимать решение исходя из сегодняшних реалий. Так что при выборе не делал акцент на Курбане Бекиевиче. Еще раз повторюсь, хотел закончить сезон вместе с «Рубином». Надо было не вылететь.

— Ходят слухи, что вам в «Зените» предлагали 35 миллионов рублей в год.
— Скажу лишь, что давали больше денег, чем «Рубин».

— Неужели у вас нет человека из футбольного мира, который бы вам подсказывал?
— Есть. Он не агент, не юрист. Просто это человек давно в футболе. Не могу его назвать. Кстати, он мне тоже советовал принимать решение самому.

— Пока не услышал ни одного мнения за трансфер в «Зенит». Это очень странно.
— Рустем Сайманов склонялся к тому, чтобы я все-таки перешел в «Зенит». Но в тот момент принял другое решение, и он его поддержал.

— В итоге вы можете занести прошлый сезон себе только в плюс.
— Безусловно. Отыграл его в основе, болельщики признали меня лучшим игроком сезона. Это дорогого стоит.

— Что вы имели в виду, когда сказали, что после ухода Алексея Сутормина по-другому посмотрели на футбол?
— Я просто ни разу не сталкивался с таким в своей карьере. Вроде был человек в команде. А потом раз, и нет его.

— В прошлом сезоне вы забили 6 голов — рекорд для вашего амплуа, а в этом пока ни одного. В чем причина?
— Главное, чтобы в графе «пропущенные» был ноль. Это моя основная задача. Хотя забить очень хочется. Даже если отдам голевую передачу, буду так же радоваться, как и голу. Очень приятно улучшать статистику в атаке. Хотя в этом сезоне я уже не так часто хожу вперед, да и на стандартах упор делается на других ребят, которые могут побороться не хуже меня.

Источник: https://news.sportbox.ru/
КОММЕНТАРИИ (0)

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.